Скачать рассказ.

Таверной прозвал её хозяин – нравилось ему это слово. Он и поместил его над входом, сделав из больших букв, светившихся золотым  электричеством. А так это было обычное кафе в неудобном и неблагополучном месте – возле Курского вокзала. Над головой тяжело громыхали поезда, а по соседству, на земляном островке, летом устраивались бродяги, заросшие, смуглые, источавшие запах. И всё же клиенты в кафе никогда не переводились.

Глеб Саратовский тоже благополучным не был, поэтому, наверное, и попал в таверну, через знакомого, который привёл его к хозяину. Тот бросил на него ленивый, со смесью равнодушия и даже какой-то жалости взгляд и жестом отослал к администратору. Валерий Павлович, рассеянно гремя в кармане ключами, покурил, оценил и спросил, кем работал Саратовский прежде. Узнал, что занятий Глеб переменил немало (последним местом работы значилась стекольная контора), и без всякого выражения, словно размышляя вслух, заметил, что у них в кафе недавно высадили два окна. Так Саратовский получил странную должность – то ли уборщика, то ли грузчика, то ли помощника по разным поручениям.

Глеб миновал летнюю террасу, на которой теперь, еще не холодным, но дождливым октябрем, посетителей не бывало. В основном помещении плафонные лампы на стене и неживой зеркальный потолок создавали атмосферу мрачного уюта. Мусор, который обильно был рассыпан по полу, столам и стульям, казался частью интерьера. Мусора, кстати, в этот раз набралось особенно много: накануне таверну арендовало охранное предприятие, чтобы отметить юбилей своего директора.

За одним из столиков, по-рыбьи раскрыв рот, дремал юный официант. У барной стойки собрались его товарищи – все работающие студенты –  приходившие в себя после бессонной ночи.

Раздался оглушительный треск кофеварки.

- Вась-Вась, кофе будешь?! – крикнул бармен дремавшему официанту. – Спит.

- Чего же не спать? – сказал бритый долговязый парень. – Ему, это, повезло. Сам видел: та рыжая ему пятисотку сунула, когда рассчитывалась.

Товарищи со смешками обсудили рыжую клиентку. Бармен наполнил чашки, щедро побросал сахар, ловко добавил коньяка и подвинул измученным коллегам. Заметив Саратовского, они вяло с ним поздоровались.

В кухне, прислонившись к плите, сидел и смотрел утренние новости повар Лазуткин. Висевший под потолком маленький телевизор работал без звука. Лазуткин ел виноград и следил за картинкой.

- Кажись, где-то землетрясение, — спокойно заключил он.

Лазуткин отставил виноград и протянул руку. Рука Саратовского провалилась в богатырской ладони повара. Лазуткин в молодости профессионально занимался спортом, но, к удивлению окружающих, всегда мечтал готовить. Со временем он и в кулинарии добился результатов, так что любой ресторан принял бы его к себе, однако хозяин таверны, человек хоть и не компетентный, но дальновидный, переманил повара большой зарплатой. Напоминанием о его спортивном прошлом служила стоявшая у плиты двухпудовая гиря с перемотанной износившимся лейкопластырем ручкой.

- Всю ночь безумствовали, — сообщил Лазуткин, поднялся и с удовольствием распрямил спину. – В час ночи прибежали: хотим торт из мороженого, хотим торт из мороженого – сделай! Еле отбился. Бабе какой-нибудь приспичило, как пить дать.

Лазуткин снова взялся за виноград.

- Потом танцевали… — он сплюнул косточку. – Под конец на пути побежали, хотели проводить какой-нибудь поезд. Вот такая, понимаешь, пляска смерти…

Глеб занял свое обычное место – присел на стульчик у стены, между плитой и раковиной. Повар, собираясь домой, давал указания и сказал, что вместо Лены, помощницы, чей черед был дежурить, выйдет Галя.

- Все тебе веселей, а то один да один, никакого женского внимания.

Лазуткин по три раза рванул каждой рукой гирю, стал переобуваться.

- Ты бы обувь сменил, — пропыхтел он, завязывая шнурки.

- Сменю, — махнул Саратовский. – Деньги получу – сменю. Хотя чего менять, раз зима на носу? Зимние есть, сколько уже хожу.

- Ты экономный, везёт. Это потому, что у тебя ни жены, ни детей.

- У тебя тоже нет.

- Зато женщин в избытке. А на них нужны деньги и силы. Ты вот спокойный человек. Тихо придёшь, сделаешь своё дело, помолчишь, чай попьёшь. Счастливый. Завидую.

Плита, без устали работавшая ночью, почти остыла. Боком, через свитер, Саратовский чувствовал, как из металлического ящика медленно уходит тепло. Оно передавалось ему, и Глебу хотелось спать.

- А чего шуметь-то? – сонно спросил он.

- Время шумливое, все шумят.

- Если шуметь, то уж со смыслом. А мне много не нужно… Просто… Живу… — он улыбнулся и пожал плечами.

Глеб начал с пола: пустые бутылки собрал, нераспечатанные отставил к бару, поднял осколки тарелок, подмёл. Когда пришла уборщица, некрасивая двадцатилетняя Марина из Белоруссии, ей осталось протереть липкие столы и заняться посудой. Саратовский переместился на улицу и вычистил подходы к таверне…

Читать полностью рассказ «Возле Курского вокзала»